Казимир Малевич. Чёрный супрематический квадрат. 1915 г.
Нельзя придумать ничего проще, чем чёрный квадрат. Нет ничего легче, чем нарисовать чёрный квадрат. Тем не менее он признан шедевром.
Если сегодня он попадёт на открытые торги, его готовы будут купить за 140 миллионов долларов!
Как возникло такое “недоразумение”? Примитивное изображение всеми искусствоведами мира признается шедевром. Они сговорились?
Очевидно, в “Чёрном квадрате” есть что-то особенное. Невидимое обычному зрителю. Попробуем это “что-то” обнаружить.
1. “Чёрный квадрат” не так прост, как кажется.
Это только на первый взгляд кажется, что такой шедевр мог бы создать каждый. И ребёнок, и взрослый без художественного образования.
Ребёнку не хватило бы терпения закрасить одним цветом такую большую поверхность.
А если серьёзно, то и взрослый вряд ли смог бы повторить “Чёрный квадрат”, потому что не все в этой картине так просто.
Черный квадрат на самом деле НЕ чёрный
“Чёрный квадрат” на самом деле квадратом не является. Его стороны НЕ равны друг другу. И противоположные стороны НЕ параллельны друг другу.
К тому же “Чёрный квадрат” НЕ совсем чёрный.
Химический анализ показал, что Малевич использовал три самодельные краски. Первая — жженая кость. Вторая — чёрная охра. А третья — ещё один природный компонент … темно-зеленого оттенка. Ещё Малевич примешал МЕЛ. Чтобы убрать эффект глянца, присущий масляным краскам.
То есть художник не просто взял первую попавшуюся чёрную краску и закрасил начерченный квадрат. Как минимум он день потратил на подготовку материалов.
Существует четыре “Чёрных квадрата”
Если бы это была случайно написанная картина, художник не стал бы ее копировать. В течение последующих 15 лет он создал ещё 3 “Чёрных квадрата”.
Если вы видели все 4 картины (две хранятся в Третьяковке, одна в Русском музее, ещё одна — в Эрмитаже), то наверняка обратили внимание на то, насколько они НЕ похожи.
Да-да. Несмотря на всю их простоту, они разные. Первый “Квадрат” 1915 года считается самым энергетически заряженным. Все дело в удачном подборе оттенков чёрного и белого, а также в составе красок.
Все четыре картины не похожи ни размером, ни цветом. Один из “Квадратов” больше по размеру (1923 года создания, хранится в Русском музее). Другой — намного чернее. По цвету он самый глухой и всепоглощающий (также хранится в Третьяковке).
Ниже — все четыре “Квадрата”. Разницу по репродукциям сложно понять. Но вдруг это вдохновит вас посмотреть их вживую!
1. Казимир Малевич. Чёрный квадрат 1929 г.
79,5 х 79,5 см. Третьяковская галерея.
2. Казимир Малевич. Чёрный квадрат.
1930—1932 гг. 53,5 х 53,5 см.
Эрмитаж.
3. Казимир Малевич. Чёрный квадрат.
1923 г. 106 х 106 см. Русский музей.
Казимир Малевич. Чёрный квадрат
1915 г. 79,5 х 79,5 см. Третьяковская галерея.
“Чёрный квадрат” закрывает ещё две картины
На “Квадрате” 1915 года вы наверняка заметили трещины (кракелюры). Сквозь них виден нижний слой краски. Это цвета другой картины. Она была написана в протосупрематическом стиле. Что-то вроде “Дамы у фонарного столба”.
Казимир Малевич. Дама у фонарного столба. 1914 г.
Городской музей Стеделек, Амстердам
Это ещё не все. Под ней — другое изображение. Уже третье по счёту. Написанное в стиле кубофутуризма. Вот так этот стиль выглядит.
Казимир Малевич. Точильщик. 1912 г.
Художественная галерея Йельского университета, Нью-Хейвен
Поэтому кракелюры и появились. Слишком толстый слой краски.
Зачем же такие сложности? Целых три изображения на одной поверхности!
Возможно, это случайность. Так бывает. Художника осеняет идея. Он хочет ее выразить сразу. Но под рукой может не оказаться холста. Но даже если холст есть, его нужно готовить, грунтовать. Тогда в ход идут малозначимые картины. Или те, которые художник считает неудачными.
Получилась этакая живописная матрёшка. Эволюция. От кубофутуризма к кубосупрематизму и к чистому супрематизму в “Чёрном квадрате”.
2. Сильная теория сильной личности
“Чёрный квадрат” был создан в рамках придуманного Малевичем нового направления в живописи. Супрематизма. Supreme означает “превосходный”. Так как художник считал его наивысшей точкой развития живописи.
Это целая школа. Как
импрессионизм. Как академизм. Только эта школа была создана одним человеком. Казимиром Малевичем. Он привлёк на свою сторону немало сторонников и последователей.
Малевич умел ясно и харизматично рассказывать о своём детище. Он рьяно агитировал полностью отказаться от фигуративности. То есть от изображения объектов и предметов. Супрематизм — это искусство, которое творит, а не повторяет, как говорил художник.
Если же убрать пафос и посмотреть на его теорию со стороны, то мы не можем не признать ее величия. Малевич, как подобает гению, почувствовал, в какую сторону ветер дует.
Время индивидуального восприятия заканчивалось. Что это значило? Раньше на произведения искусства любовались лишь избранные. Те, кто ими владел. Или мог позволить себе дойти до музея.
Теперь же наступал век массовой культуры. Когда важны упрощённые формы и чистые цвета. Малевич понимал, что искусство не должно отставать. А может даже в состоянии возглавить это движение.
Он придумал, по сути, новый живописный язык. Соразмерный грядущему времени, которое вот-вот наступит. А у языка есть своя азбука.
“Чёрный квадрат” и есть главный знак этой азбуки. “Нуль форм”, — как говорил Малевич.
До Малевича существовала другая азбука, придуманная ещё
Джотто в начале XIV века. Эта азбука и была основой всего искусства. Это перспектива. Объём. Эмоциональная выразительность.
Джотто. Поцелуй Иуды. 1303-1305 гг.
Фреска в Капелле Скровеньи в Падуе, Италия
У Малевича язык совсем другой. Простые цветоформы, в которых цвет наделяется другой ролью. Он не для того, чтобы передать натуру. И не для того, чтобы создать иллюзию объёма. Он сам по себе выразителен.
“Чёрный квадрат” — главная “буква” в новом алфавите. Квадрат, потому что это первоформа. Черный цвет, потому что он поглощает все цвета.
Вместе с “Чёрным квадратом” Малевич создаёт “Чёрный крест” и “Черный круг”. Простые элементы. Но они тоже производные чёрного квадрата.
Круг появляется, если квадрат вращать на плоскости. Крест состоит из нескольких квадратов.
Чёрный крест. 1915 г. Центр Помпиду, Париж
Казимир Малевич. Чёрный круг. 1923 г.
Русский музей, г. Санкт-Петербург.
Дальше Малевич из своей азбуки складывает новые “слова”. Он комбинирует цветоформы в простых, сложных и очень сложных сочетаниях.
Казимир Малевич. Чёрный и красный квадраты
1915 г. Музей современного искусства, Нью-Йорк
Казимир Малевич. Супрематическая композиция
1916 г. Частная коллекция
Казимир Малевич. Супрематизм 1916 г.
Русский музей, г. Санкт-Петербург.
В стиле супрематизма Малевич писал несколько лет. А затем произошло невероятное. Он так долго отрицал фигуративность, что … к ней вернулся.
Можно было бы расценить это как непоследовательность. Мол, “поиграл” в красивую теорию и хватит.
На самом деле созданный им язык жаждал применения. Применения в мире форм и натуры. И Малевич послушно вернулся в этот мир. Но изображал его уже с помощью нового языка супрематизма.
Казимир Малевич. Спортсмены 1932 г. Русский музей.
Казимир Малевич. Красный дом 1932 г. Там же
Казимир Малевич. Девушка с гребнем в волосах.
1934 г. Третьяковская галерея.
Так что “Чёрный квадрат” — это не конец искусства, как иногда его обозначают. Это начало новой живописи.
Потом настал новый этап. Язык хотел служить людям. И он перешёл в нашу жизнь.
3. Огромное влияние на жизненное пространство
Создав супрематизм, Малевич делал все, чтобы тот не пылился в музеях, а шёл в массы.
Он рисовал эскизы платьев. Но при жизни смог их “надеть” лишь на героев своих картин.
Казимир Малевич. Портрет жены художника.
Еще он расписывал фарфор. Создавал рисунки для тканей.
Малевич. Супрематическая роспись посуды
Сервиз Ленинградского фарфорового завода, созданный по эскизам Малевича (1922 г).
Образец супрематической ткани с рисунком Малевича (1919 г.)
На языке “Чёрного квадрата” заговорили сторонники Малевича. Самый известный из них — Эль Лисицкий, который изобрёл печатные шрифты, а также новый дизайн книг.
Вдохновлялся он теорией супрематизма и “Чёрным квадратом” Малевича.
Эль Лисицкий. Обложка книги Владимира Маяковского “Хорошо!”. 1927 г.
Подобное оформление книг нам кажется естественным. Но лишь потому, что стиль Малевича прочно вошел в нашу жизнь.
Наши современники, дизайнеры, архитекторы и модельеры не скрывают, что всю жизнь черпали вдохновение в работах Малевича. Среди них — один из самых известных архитекторов, Заха Хадид (1950—2016 гг.).
Dominion Tower. Архитектор: Заха Хадид.
Строительство 2005—2015 гг. Москва (м. Дубровка).
Стол “Малевич”. Альберто Льеворе. 2016 г. Испания.
Габриело Коланджело. Коллекция весна-лето 2013 г.
4. Почему “Черный квадрат” вызывает недоумение и почему он все-таки шедевр
Почти каждый зритель пытается понять Малевича с помощью привычного языка натурного изображения. Того самого, который придумал Джотто и который развили
художники Эпохи Возрождения.
Многие пытаются оценить “Чёрный квадрат” по неподходящим критериям. Нравится — не нравится. Красиво — не красиво. Реалистично — не реалистично.
Появляется неловкость. Обескураженность. Потому что “Чёрный квадрат” остаётся глух к таким оценкам. Что же остаётся? Только осудить или высмеять.
Мазня. Ерунда. “Ребёнок лучше нарисует” или “Я так тоже могу” и прочее.
А теперь оцените “Чёрный квадрат” как букву алфавита. Как атом молекулы. Как электрон магнитного поля.
Вот тогда станет понятно, почему это шедевр. Невозможно “Чёрный квадрат” оценить сам по себе. А только вместе с тем пространством, которому он служит.
PS.
Малевич был известен при жизни. Но материальной выгоды он от этого не получил. Отправляясь в 1929 году на выставку в Париж, он просил власти отпустить его туда … пешком. Потому что денег на дорогу у него не было.
Власти поняли, что пришедший на своих двоих в Европу товарищ Малевич подорвёт их авторитет. Поэтому 40 рублей на поездку выделили.
Правда, через 2 недели он был срочно вызван телеграммой обратно. И по приезде сразу арестован. По доносу. Как немецкий шпион.
Больше никаких выставок. Никакого супрематизма. В СССР возможен только соцреализм.
Художник умер от рака в 1935 году.
